News & stories

In the past decade, the world has made a historic push to prepare for drought before it strikes, unlocking solutions in policy, practice, and finance. Humanity has never been better equipped to face this growing challenge. The next step, experts say, is using all the available knowledge and expertise to build drought resilience for everyone, everywhere. At World Water Week, held in Stockholm from 24 to 28 August, The Nature Conservancy (TNC), the German Agency for International Cooperation (GIZ), and the UN Convention to Combat Desertification (UNCCD), co-convened leading experts to highlight success cases and new initiatives for drought resilience.Here are five takeaways from the session ‘Accelerating Drought Resilience in a Changing Climate:’Systemic measures for a systemic riskFar from only affecting agriculture, drought can have long-lasting impacts on all sectors of society, the economy and ecosystems —-uprooting people from their lands, stunting the development of entire generations, and causing GDPs to plummet by up to 10 per cent. Drought is a systemic risk, but too often, it is addressed with piecemeal measures.“Water crosses so many boundaries as it moves from the tops of mountains through ecosystems towards the ocean: administrative, legal, cultural, ecological boundaries,” said Global Director of Freshwater Outcomes at TNC Nicole Silk. “That is why we need to work across systems, sectors, borders, and scales to build drought resilience”.In that spirit, the nonprofit is supporting the implementation of nature-based solutions across entire watersheds in collaboration with communities, the private sector, and governments. Protecting key ecological functions is a nature-based solution, as are financial innovations.One example is TNC's work in the Tana River in Kenya, which supplies 95% of the water for Nairobi’s 4 million residents, feeds one of the country’s main agricultural areas, and provides half of the country’s hydropower output. In the past 50 years, the substitution of agricultural fields for forests and wetlands had reduced the ability of the land to store runoff water and hold the soil, compromising the water security of millions.Enter the Upper Tana-Nairobi Water Fund. The mechanism, which TNC kickstarted in 2015 as is now an independent Kenyan-registered entity, has public and private donors and major water consumers downstream contribute resources to support water and soil conservation measures upstream, which is improving water quality and supply.No-regret investments Protecting ecosystems, managing land and water resources sustainably, and restoring degraded land are some of the most effective and sustainable ways of building drought resilience. But the benefits of nature-based solutions go way beyond drought.Every dollar invested in nature-based solutions (NbS) can generate up to US$27 in improved ecosystem services and livelihoods —-a no-regret investment, according to a recent report launched at UNCCD COP16 and as evidenced by the Economics of Land Degradation (ELD) Initiative.“More intense and frequent droughts are the new normal,” said Senior Policy Officer at BMZ Mario Lootz-Petersen. “Our goal is to make nature-based solutions a new normal, as well. The evidence and the tools are definitely there.” For the expert, one of the keys is continuing to build robust business cases and models around sustainable land and water management with a view to scaling up the many successful initiatives around the world.Tailored approaches While the pillars of drought resilience are universal, each context requires its own tailored solutions. Hence the importance of adapting drought resilience approaches to different realities.“A key question is how we can localize drought resilience solutions such as climate-smart agriculture, drought insurance, and water-storage innovation,” said Giriraj Amarnath, Principal Researcher on Disaster Risk Management and Climate Resilience at the International Water Management Institute (IWMI).Through the Drought Action Catalyst, experts, decision-makers, and communities can come together to co-design and scale solutions for drought. The IWMI-led platform, launched at UNCCD COP16, also promotes South-South learning; an integrated action across sectors like agriculture, health, and infrastructure, and even an AI-based chatbot to help farmers tackle drought.From policies to practice With support from UNCCD, more than 70 countries have put in place national plans to manage drought risk, up from three only a decade ago. In parallel, the convention is hosting two major initiatives on drought resilience and is collaborating with academic, research and civil society organizations to bridge policy and practice.One of the UNCCD-hosted initiatives is the International Drought Resilience Alliance (IDRA), which is building political momentum and developing tools to help countries anticipate, prepare for, and adapt to drought —for example, the International Drought Resilience Observatory (IDRO). The other is the Riyadh Drought Resilience Partnership (RDRP), which will financially support 74 vulnerable countries in implementing their national drought plans from early 2026, as explained by Policy Officer with the UNCCD Daniel Tsegai. The idea is to invest in people, land, and ecosystems today, so that communities can thrive tomorrow.Additionally, the Convention and the Global Water Partnership (GWP) have launched a series of regional and global  Communities of Learning and Practice (CLP) —an agora where practitioners, decision-makers and scientists can learn from each other, ask for advice, and share new developments on drought-related matters.“I cannot overstate how important peer-to-peer learning is when it comes to accelerating drought action on the ground,” said Tsegai, who stressed the importance of sustainable land and water management. “Together, we can go further, faster —and the CLPs provide a safe space to do just that.”Beyond early warningIn Africa, UNCCD teamed up with the Sahara and Sahel Observatory (OSS) —an IDRA partner— and the National Drought Mitigation Center/ University of Nebraska-Lincoln (NDMC/UNL) to create a drought impact tracker for countries in the region. The tool looks to empower farmers to report on drought signs and impacts using their phones, contributing to improve drought management.A project led by the GWP is now integrating the impact tracker into efforts to improve early warning systems in Eastern Africa. For GWP specialist Anjali Lohani, the move shows the importance of integrating existing tools and insights, instead of trying to reinvent the wheel.“So much knowledge already exists, so a priority is to make it available and accessible to those who need it,” said Lohani, who also noted the importance of building the capacity of communities to act on early warning messages. “Knowing that drought is coming is not enough; you need to have preparedness and response capabilities in place.”

Riyadh, 14 September 2025 – On her first official mission as UNCCD Executive Secretary, Yasmine Fouad met with HE Eng. Abdulrahman Al-Fadley, Saudi Minister of Environment, Water and Agriculture and COP16 President, at the Ministry’s headquarters in Riyadh."My visit to Riyadh was an opportunity to reinforce our shared commitment and emphasize the critical leadership of the Saudi COP16 Presidency as we work toward COP17," said Dr. Fouad. "To address the profound impacts of land degradation on food insecurity and economic uncertainty, we must act decisively and collectively. Our partnership is key to mobilizing political will and resources to restore land and hope."Discussions focused on shared priorities, including accelerating efforts toward drought resilience, transforming food systems, and creating new opportunities for private sector engagement in land restoration.On drought resilience, the meeting followed up on the launch of the Riyadh Global Drought Resilience Partnership at COP16, emphasizing the need for a proactive, global approach to preparedness and response, and for strong policies that support vulnerable communities and ecosystems.On food systems, the two leaders highlighted the crucial link between healthy land and sustainable food production. Building on the landmark COP16 decision on productive agricultural lands, they noted that agriculture remains a major driver of land degradation, deforestation, freshwater extraction and biodiversity loss worldwide, and must be transformed to become part of the solution.On private sector engagement, discussions built on the Business for Land Initiative endorsed by leaders at COP16, concentrating on strategies to unlock financing and innovation, reduce investment risks, and develop a compelling business case for companies to become key partners in achieving Land Degradation Neutrality, supporting sustainable agricultural practices and restoring land.Hosted by the Kingdom of Saudi Arabia in December 2024, UNCCD COP16 was the largest and most inclusive in the Convention’s history, resulting in 39 decisions adopted by UNCCD’s 197 Parties."I am confident that through the Saudi COP16 Presidency and the upcoming Mongolian COP17 Presidency, we will be able to showcase that we can be united for land, united for people and united with hope," Ms. Fouad added.For more information, please contact: UNCCD Press Office press@unccd.int; About UNCCD The United Nations Convention to Combat Desertification (UNCCD) is the global vision and voice for land. We unite governments, scientists, policymakers, private sector and communities around a shared vision and global action to restore and manage the world’s land for the sustainability of humanity and the planet. Much more than an international treaty signed by 197 parties, UNCCD is a multilateral commitment to mitigating today’s impacts of land degradation and advancing tomorrow’s land stewardship in order to provide food, water, shelter and economic opportunity to all people in an equitable and inclusive manner. 

As the planet continues to warm, harsher droughts, extreme heat and erratic rainfall are eroding the food security and livelihoods of millions – especially the smallholder farmers who produce one third of the world’s food. Over the past three decades, disasters have caused US$3.8 trillion in crop and livestock losses globally. But in regions like Africa, only three per cent of family farmers have agricultural insurance, leaving millions exposed to shocks. Meanwhile, land degradation and drought are pushing rural communities deeper into poverty, jeopardizing the ability to feed a growing world population.  One way to address the challenge is reducing insurance premiums for farmers who manage the land sustainably, as explained by a new report commissioned by UNCCD and funded by the International Drought Resilience Alliance (IDRA) This innovative model leverages mobile and satellite technologies, behavioral science and systems thinking to provide financial protection while promoting sustainable land use. The report, called ‘Securing Land and Livelihoods: Insurance for Drought Resilience,’ shows the practical and economic benefits of the model through case studies from Ethiopia, Kenya, Malawi and the Horn of Africa. To put it in practice, authors recommend building public-private partnerships, establishing pilot projects and embedding these solutions into national development plans and climate risk strategies. This integrated model reflects UNCCD’s commitment to solutions that align land management, insurance innovation and resilience-building for the communities most affected by land degradation and drought. A pilot project is underway in Namibia, with progress to be shared at UNCCD CRIC23 this December, and the project findings to be presented at a dedicated insurance event during UNCCD COP16 in 2026. 

Продовольственные, водные и энергетические кризисы, а также масштабные гуманитарные катастрофы в 2023–2025 гг. — в центре внимания масштабного анализа Национального центра США по снижению последствий засух (NDMC) и Конвенции ООН по борьбе с опустыниванием (КБО ООН). По данным доклада, опубликованного сегодня при поддержке ООН, одни из самых масштабных и разрушительных засух в истории наблюдений произошли начиная с 2023 года — их усугубили изменения климата и растущее давление на земельные и водные ресурсы. Доклад «Очаги засух в мире, 2023–2025», подготовленный Национальным центром по снижению последствий засух США (NDMC) U.S. National Drought Mitigation Center (NDMC) и Конвенцией ООН по борьбе с опустыниванием (КБОООН) UN Convention to Combat Desertification (UNCCD), при поддержке Международного альянса по устойчивости к засухе (IDRA) International Drought Resilience Alliance (IDRA), представляет собой всесторонний анализ воздействия засух: от роста бедности и голода до энергетической нестабильности и деградации экосистем ,  Исполнительный секретарь КБОООН Ибрагим Тиау отмечает: «Засуха — это тихий убийца: она подкрадывается незаметно, истощает ресурсы и медленно разрушает жизни, оставляя глубокие шрамы.» «Засуха больше не отдалённая, а непосредственная угроза» — добавляет он, «она стремительно усиливается и требует срочного глобального ответа. Когда одновременно исчезают энергия, продовольствие и вода, общество начинает распадаться. Это — новая реальность, к которой мы должны быть готовы.»  Д-р Марк Свобода, директор NDMC и соавтор доклада, добавляет: «Это не просто период без дождей. Это медленно разворачивающаяся глобальная катастрофа — худшее, что я когда-либо видел. Доклад подчёркивает необходимость систематического мониторинга влияния засух на жизни, источники средств к существованию и здоровье экосистем, от которых мы все зависим». «Страны Средиземноморья служат тревожным сигналом для всех современных экономик, как канарейки в шахте», добавляет он. «Трудности, с которыми сталкиваются Испания, Марокко и Турция в обеспечении водой, продовольствием и энергией на фоне затяжной засухи, дают представление о будущем водных ресурсов при неконтролируемом глобальном потеплении. Ни одна страна — независимо от уровня богатства или возможностей — не может позволить себе бездействие.»  Масштабный кризис В новом докладе обобщены данные из сотен правительственных, научных и медиаресурсов, чтобы представить целостную картину последствий засухи в наиболее пострадавших регионах: странах Африки (Сомали, Эфиопия, Зимбабве, Замбия, Малави, Ботсвана, Намибия), Средиземноморья (Испания, Марокко, Турция), Латинской Америки (Панама, бассейн Амазонки), Юго-Восточной Азии и других регионах мира.  Африка  Более 90 миллионов человек в Восточной и Южной Африке сталкиваются с острой нехваткой продовольствия. В некоторых районах зафиксированы самые тяжёлые засухи за всю историю наблюдений.  Южная Африка, традиционно подверженная засухам, пережила масштабный гуманитарный кризис: в августе 2024 года около одной шестой населения региона (68 миллионов человек) нуждались в продовольственной помощи.  В Эфиопии, Зимбабве, Замбии и Малави многократно погибли урожаи кукурузы и пшеницы. Только в Зимбабве урожай кукурузы в 2024 году снизился на 70% по сравнению с предыдущим годом, цены на зерно удвоились, а от жажды и голода погибли 9 000 голов скота.  В Сомали, по оценкам правительства, только в 2022 году от голода, вызванного засухой, умерли 43 000 человек. По состоянию на начало 2025 года 4,4 миллиона человек — четверть населения страны — находятся на уровне продовольственного кризиса, из них 784 000, по прогнозам, достигнут уровня чрезвычайной ситуации.  Замбия пережила один из самых тяжёлых энергетических кризисов в мире: в апреле 2024 года уровень воды в реке Замбези упал до 20% от среднегодовой нормы. Производительность крупнейшей в стране гидроэлектростанции — плотины Кариба — снизилась до 7%, что привело к отключениям электроэнергии на срок до 21 часа в сутки и остановке работы больниц, пекарен и промышленных предприятий. Средиземноморье Испания: Нехватка воды затронула сельское хозяйство, туризм и бытовое водоснабжение. К сентябрю 2023 года два года засухи в сочетании с рекордной жарой привели к снижению урожая оливок на 50%, что вызвало двукратный рост цен на оливковое масло по всей стране.  Марокко: Поголовье овец к 2025 году сократилось на 38% по сравнению с 2016 годом, в результате чего последовал призыв монарха отказаться от ритуальных жертвоприношений овец на Ид аль-Адха. Турция: Засуха ускорила истощение подземных вод, что вызвало образование карстовых провалов, представляющих угрозу для населения и инфраструктуры, а также навсегда сократило ёмкость водоносных горизонтов.  Латинская Америка  Бассейн Амазонки: Рекордно низкий уровень воды в реках в 2023 и 2024 годах привёл к массовой гибели рыбы и исчезающих видов речных дельфинов, а также нарушил снабжение питьевой водой и транспортировку для сотен тысяч человек. На фоне усиливающихся вырубок лесов и пожаров Амазония рискует перейти от статуса углеродного поглотителя к источнику выбросов углерода. Панамский канал: Уровень воды упал настолько, что количество проходов судов сократилось более чем на треть — с 38 до 24 судов в день в период с октября 2023 по январь 2024 года, вызвав серьёзные сбои в мировой торговле. Из-за многонедельных задержек многие суда были вынуждены изменить маршрут и плыть по более длинным и дорогим путям через Суэцкий канал или мыс Доброй Надежды в Южной Африке. Среди последствий — снижение темпов экспорта сои из США, а также нехватка фруктов и овощей и рост цен в продуктовых магазинах Великобритании. Юго-Восточная Азия Засуха нарушила производство и цепочки поставок ключевых сельскохозяйственных культур, таких как рис, кофе и сахар. В 2023–2024 годах засушливые условия, в частности в Таиланде и Индии, привели к дефициту, вызвавшему рост цен на сахар и сладости в США на 8,9%. «Идеальный шторм»: Эль-Ниньо и изменение климата: Явление Эль-Ниньо в 2023–2024 годах усилило уже существующие разрушительные последствия изменения климата, вызвав засуху в ключевых сельскохозяйственных и природных зонах. Наиболее сильно пострадали климатически уязвимые регионы — те, где уже наблюдаются устойчивые потепления, высокое демографическое давление и слабая инфраструктура.  Соавтор доклада, д-р Келли Хелм Смит, заместитель директора NDMC и исследователь последствий засух: «Это был настоящий “идеальный шторм” — стечение ряда неблагоприятных факторов. Эль-Ниньо подлил масла в огонь климатических изменений, усугубив последствия для многих уязвимых обществ и экосистем, которые и так находились на грани». Д-р Коди Ньютсон, соавтор доклада и руководитель исследований по планированию действий при засухе в NDMC, напомнил об оценке ОЭСР (OECD): в настоящее время экономический ущерб от одного эпизода засухи как минимум вдвое выше, чем в 2000 году, а к 2035 году он может увеличиться ещё на 35–110%. «Региональные засухи всё чаще перерастают в глобальные экономические потрясения, — говорит она. — Коллапс водозависимой инфраструктуры затрагивает всех — без исключений». Женщины и дети — среди наиболее пострадавших Среди наиболее уязвимых к последствиям засухи — женщины, дети, пожилые люди, кочевые пастухи, мелкие фермеры и лица с хроническими заболеваниями. Засуха несёт серьёзные угрозы для здоровья, включая вспышки холеры, острое недоедание, обезвоживание и вынужденное потребление загрязнённой воды. В докладе особо подчёркивается несоразмерно тяжёлое воздействие на женщин и детей. В Восточной Африке число вынужденных детских браков более чем удвоилось, поскольку семьи стремились получить приданое и тем самым выжить. Несмотря на официальный запрет в Эфиопии, именно в четырёх наиболее пострадавших от засухи регионах частота детских браков выросла особенно резко. Девочки, выходящие замуж, могут приносить семье доход в виде приданого, одновременно снижая финансовую нагрузку на обеспечение её питанием и предметами первой необходимости.В ряде школьных округов Зимбабве массовые отчисления учащихся были вызваны острой нехваткой продовольствия, финансовыми трудностями и санитарными проблемами, особенно затронувшими девочек В бассейне Амазонки засуха полностью нарушила привычный уклад жизни в удалённых коренных и сельских сообществах. В некоторых районах уровень воды в реке Амазонка опустился до исторического минимума, изолировав населённые пункты — включая женщин в родах — и оставив целые посёлки без питьевой воды.  Паола Гуастелло, ведущий автор доклада и исследователь NDMC: «Во время засухи люди прибегали к всё более отчаянным способам выживания: девочек лишали образования и принуждали к браку, больницы погружались во тьму, а семьи были вынуждены копать в высохших руслах рек, чтобы добыть хотя бы грязную воду. Это — красноречивые симптомы системного коллапса». «С нарастающей частотой засух актуальность глобального взаимодействия возрастает — требуется как защита уязвимых групп населения и природных систем, так и пересмотр существующих подходов к управлению водными ресурсами в реалиях меняющегося климата», — отмечает Гуастелло. Заместитель исполнительного секретаря КБО ООН Андреа Меза отмечает: «Доклад наглядно демонстрирует глубину и масштаб воздействия засухи в современном взаимосвязанном мире: от роста цен на базовые продукты питания — рис, сахар и масло — в результате засух в Юго-Восточной Азии и Средиземноморье, до перебоев с доступом к питьевой воде и еде в Амазонии из-за обмеления рек, и до десятков миллионов людей, страдающих от недоедания и вынужденного перемещения в Африке». «Доказательства очевидны, — добавляет она. — Мы обязаны срочно инвестировать в устойчивое управление земельными и водными ресурсами, внедрение природоориентированных решений, адаптированные сельхозкультуры и интегрированные государственные политики, для повышения устойчивости к засухе. В противном случае нам грозят всё более масштабные экономические потрясения, социальная нестабильность и рост вынужденной миграции». Массовая гибель дикой природы Сильнейшая засуха в бассейне Амазонки привела к гибели более 200 редких речных дельфинов и тысяч рыб, а также оказала разрушительное воздействие на множество других представителей дикой природы. В частности:  Гибель 100 слонов в национальном парке Хванге (Зимбабве) в период с августа по декабрь 2023 года из-за голода и нехватки воды. Бегемоты, оказавшиеся в ловушке пересохших русел рек в Ботсване в 2024 году. Некоторые страны в прошлом году были вынуждены отстреливать диких животных — в частности, около 200 слонов в Зимбабве и Намибии — чтобы прокормить сельские общины и спасти экосистемы от чрезмерного выпаса. Уроки и рекомендации В докладе подчёркивается необходимость срочных инвестиций в подготовку к засухам, включая: Развитие надёжных систем раннего предупреждения и оперативного мониторинга засух и их последствий, особенно факторов, влияющих на продовольственную и водную безопасность. Внедрение природоориентированных решений, таких как восстановление водосборных бассейнов и использование традиционных сельскохозяйственных культур. Развитие устойчивой инфраструктуры, включая автономные источники энергии и альтернативные технологии водоснабжения. Адаптация, учитывающая гендерные аспекты, с целью обеспечения равного доступа женщин и девочек к ресурсам и защите в условиях засухи  Укрепление международного сотрудничества, в особенности в вопросах охраны трансграничных речных бассейнов и обеспечения устойчивости торговых маршрутов. Д-р Келли Хелм Смит подчёркивает: «Засуха — это не просто погодное явление, это может быть социальная, экономическая и экологическая чрезвычайная ситуация. Вопрос не в том, случится ли это снова — а в том, будем ли мы готовы в следующий раз». «Засуха особенно тяжело бьёт по тем, у кого меньше всего ресурсов. Но мы уже сейчас можем снизить последствия будущих засух, если обеспечим универсальный доступ к пище, воде, образованию, здравоохранению и экономическим возможностям». «Государства мира располагают всем необходимым — и ресурсами, и опытом — чтобы не допустить масштабных человеческих страданий», — добавляет она. — «Вопрос лишь в политической воле». Голоса Альянса IDRA Третий вице-президент и министр по вопросам экологического перехода и демографических проблем Испании Сара Аагесен подчеркнула работу IDRA — Альянса, сопредседателями которого являются Сенегал и Испания — по мобилизации политического, технического и финансового капитала в пользу устойчивости к засухе, особенно среди наиболее уязвимых и пострадавших слоев населения: «На Международной конференции по финансированию развития в Севилье мы призываем к более активной мобилизации финансовых ресурсов. Мы работаем в сложных условиях, с ограниченными ресурсами, многочисленными неотложными задачами и множеством конкурирующих приоритетов, что означает, что мы должны действовать стратегически и сообща». Профессор Дауда Нгом, министр окружающей среды и экологического перехода Сенегала, заявил: «Засуха во всех ее проявлениях — это глобальная проблема, требующая совместных ответных мер. Укрепление потенциала сообществ, стран и регионов должно быть в основе международного сотрудничества для обеспечения справедливого и устойчивого развития. Давайте не будем забывать, что инвестиции в устойчивость к засухе также являются решающим шагом на пути к большей климатической справедливости». О докладе Национальный центр по снижению последствий засухи при Университете Небраски — Линкольн National Drought Mitigation Center at the University of Nebraska–Lincoln и Конвенция ООН по борьбе с опустыниванием (КБО ООН)  стремились всесторонне задокументировать последствия недавних засух, с целью предоставить доказательную базу для принятия международных решений и и повысить способность обществ противостоять будущим климатическим угрозам. Доклад «Очаги засух в мире, 2023–2025» основан более чем на 250 рецензируемых научных исследованиях, официальных источниках данных и сообщениях СМИ, охватывающих десятки стран и регионов. * * * * * Цифры и Факты: 68 миллионов — человек, нуждающихся в продовольственной помощи в Южной Африке 23 миллиона —человек, испытывающих острую нехватку пищи в Восточной Африке 70% — потери урожая кукурузы в Зимбабве (2024) До 21 часа в сутки — отключения электроэнергии в Замбии 200+ — редких речных дельфинов, погибших от жары в Амазонке (сентябрь 2023) 38 → до 24 судна в день — снижение пропускной способности Панамского канала в период засухи 50% — падение производства оливкового масла в Испании Более 1 миллиона — человек, вынужденных покинуть свои дома в Сомали из-за засухи (2022); 4,4 миллиона — находятся на уровне продовольственного кризиса (начало 2025); 1,7 миллиона детей страдают от острого недоедания (апрель–июнь 2025) 70% — падение уровня воды в Виктории-Фолс по сравнению с 2023 годом (замбийская сторона, 2024) 100+ — слонов, погибших от засухи в парке Хванге (Зимбабве) 1 600+ — карстовых провалов, зафиксированных в Турции из-за истощения подземных вод Двухкратный — рост цен на кукурузу в Замбии 22,84 млрд евро — инвестиции Испании в системы орошения и водную инфраструктуру О КБО ООН  Конвенция Организации Объединенных Наций по борьбе с опустыниванием (КБО ООН) это глобальный подход и голос в защиту земельных ресурсов. Для обеспечения устойчивого развития человечества и планеты мы объединяем правительства, ученых, политиков, частный сектор и сообщества вокруг общего видения и действий по восстановлению и управлению мировыми земельными ресурсами. КБО ООН – это гораздо больше, чем международный договор, подписанный 197 сторонами. Конвенция представляет собой многостороннее обязательство по смягчению существующих последствий деградации земель и совершенствованию рационального использования земель в будущем для обеспечения всех людей продовольствием, водой, жильем и экономическими возможностями на справедливой и всеохватывающeй основе.  Об Альянсе IDRA Международный альянс по устойчивости к засухе (IDRA) — первая глобальная коалиция, создающая политический импульс и мобилизующая финансовые и технические ресурсы для будущего, устойчивого к засухе. Как растущая платформа из более чем 40 стран и учреждений, IDRA опирается на коллективные преимущества своих членов для продвижения политики, действий и наращивания потенциала для обеспечения готовности к засухе, признавая, что противостояние засухе и изменению климата напрямую зависит от устойчивого землепользования. Работа альянса соответствует и поддерживает мандат Конвенции ООН по борьбе с опустыниванием (КБОООН), в которой размещается Секретариат IDRA. Дополнительная информация: https://idralliance.global. 

The signs are everywhere: cracked earth, dry rivers, failed crops and families forced to abandon their land. What was once seen as a rare natural disaster has become a persistent and intensifying threat. Drought is no longer confined to distant deserts or erratic seasons. It is advancing—slowly, silently—across borders and climate zones, placing unprecedented stress on people and ecosystems alike. Since 2000, the frequency and intensity of droughts have risen by 29 per cent. More than 1.4 billion people have already been affected. Economically, drought can slash a country’s GDP by up to 10 per cent and drag down growth for years. By mid-century, as much as three-quarters of the global population could face its impacts. For millions, it means far more than dry weather—it means food insecurity, water shortages, price spikes and the erosion of homes and livelihoods. And yet, unlike earthquakes or floods, drought gives us one rare advantage: time. Time to anticipate, adapt and build resilience. The challenge is not only to recognize the warning signs, but to act before the emergency unfolds. That imperative brought a wide range of stakeholders to Cologne, Germany, for the Inaugural Conference of the Riyadh Global Drought Resilience Partnership held on 23-24 June 2025. Over two days of discussion and collaboration, government representatives, UN entities, financing institutions and technical experts worked to transform political intent into practical momentum. “This partnership is not another global fund. It is not just a trust fund. It is not about reacting to drought when it's too late. It is about building integrated, national systems of resilience—rooted in transparency, equity and the voices of local communities. This is how we protect lives, livelihoods and ecosystems before the crisis hits,” said the United Nations Convention to Combat Desertification (UNCCD) Executive Secretary Ibrahim Thiaw.  “If we wait until drought hits, it’s already too late. The cost—in human lives, in resources, in stability—is simply too high. This initiative is about shifting from reaction to resilience. It’s about building early warning systems, strengthening national drought plans, investing in risk mitigation and creating partnerships that are inclusive, science-based and focused on the communities most at risk. No one actor can do this alone—we need a collective, global response.” said H.E. Dr. Osama Faqeeha, Deputy Minister of Environment, Water and Agriculture, KSA.  Launched at UNCCD COP16 under the leadership of the host country, the Kingdom of Saudi Arabia, the Riyadh Global Drought Resilience Partnershipwas established to help countries move beyond crisis response toward proactive drought risk reduction. At its core is the belief that resilience is not forged in crisis, but through long-term preparation—by enhancing early warning systems, adopting climate-smart agriculture, managing land and water sustainably and putting financial safeguards in place before disaster strikes. The Riyadh Partnership brings these elements together into a coordinated global framework. It offers countries access to technical assistance and funding through a dual financing model: pooled contributions to a multi-donor trust fund and direct bilateral support aligned with nationally identified priorities. The Partnership draws on existing alliances and tools, including the International Drought Resilience Alliance (IDRA), the Integrated Drought Management Programme and regional initiatives such as the Middle East Green Initiative (MGI).  Moving from vision to action In Cologne, delegates reached consensus on the Riyadh Partnership's core governance structure and began outlining its operational roadmap. Financing featured prominently, with calls to mobilize diverse instruments and align efforts across existing initiatives. Key announcements included a one-billion-dollar commitment from the Islamic Development Bank for drought resilience projects by 2030, and an indication from the Global Environment Facility that its upcoming funding cycle will call for a greater focus on drought. The United Nations Capital Development Fund also proposed a de-risking mechanism to facilitate access to financing. Several partners—including the United Nations Development Programme (UNDP), the World Meteorological Organization (WMO), the International Water Management Institute (IWMI) and the Consultative Group on International Agricultural Research (CGIAR)—offered technical expertise, while others committed to strengthening synergies with frameworks such as IDRA and MGI to ensure national actions are reinforced by global coordination. Importantly, the first Steering Committee was successfully identified during the Conference, marking a critical milestone in establishing the Partnership’s long-term governance. The agreed governance structure includes a Steering Committee, Secretariat, Fund Trustee, Independent Review function and an Assembly of Partners. The UNCCD will host the Secretariat and the UN Multi-Partner Trust Fund Office will act as Trustee. Work is now underway to finalize the Riyadh Partnership’s governance document—a foundational charter that will define roles, responsibilities and processes. This document, to be completed in the coming months, will reflect the Partnership’s inclusive, regionally representative and institutionally diverse approach. The conference concluded with broad agreement on a shared path forward. In the months ahead, work will focus on finalizing the Steering Committee, launching early flagship projects and putting in place practical financial delivery mechanisms for the most drought-prone countries.  “This is just the beginning,” said Louise Baker, Managing Director of the UNCCD Global Mechanism. “We’ve built strong momentum and now we move to implementation—bringing this partnership to life on the ground.” This energy will carry into UNCCD COP17 in Mongolia next year, where countries are expected to review initial progress, share lessons and formally integrate the Partnership into the Convention’s future work. What began in Riyadh as a bold pledge is now taking shape as a long-term platform for action—helping countries anticipate and withstand one of the most pressing environmental challenges of our time. 

Following a key decision at COP16 in Riyadh in December 2024, the process to shape the future direction of the UN Convention to Combat Desertification (UNCCD) is now officially underway. The COP Bureau has approved the Terms of Reference for the Intergovernmental Working Group on the Future Strategic Framework (IWG-FSF), paving the way for nominations. The IWG-FSF will lead the development of a post-2030 strategy for the Convention. Its mandate includes identifying key elements, including possible goals and targets, for the future strategic framework, and conducting a thorough analysis of the current indicators used in national reporting.  Building on the milestones of the 2018–2030 Strategic Framework, the IWG-FSF will also consider lessons from its midterm evaluation, insights from the IWG on Drought and broader UN indicators, such as the Sustainable Development Goals. Each regional annex will nominate three representatives. In addition, the group will include five technical experts: one each from civil society and international organizations and three independent experts. The deadline to nominate civil society representatives is 26 May 2025The deadline to nominate independent science experts is 13 June 2025The deadline to nominate regional representatives is 4 July 2025 Final appointments will be made within two months of the Terms of Reference approval. The approved Terms of Reference will be shared with Parties through the UNCCD national focal points and science and technology correspondents. The IWG-FSF is expected to deliver an interim progress report at the 23rd session of the Committee for the Review of the Implementation of the Convention (CRIC 23) in December 2025.